toomas-hendrik-ilvesШесть лет назад, в ночь с 26 на 27 апреля 2007 года, в Таллине демонтировали памятник Воину-освободителю. Судьба «Бронзового солдата» стала символом антироссийской политики Эстонии. И огромный «вклад» в такое поведение прибалтов внёс президент Эстонии — Тоомас Хендрик Ильвес.

Снятие памятника с пьедестала состоялось спустя полгода после того, как Ильвес вступил в должность президента. Изначально он выступал против демонтажа Воина-освободителя, но в апрельскую «бронзовую» ночь 2007 года яростно встал на защиту премьера Андруса Ансипа и полицейских, избивавших защитников монумента. И впоследствии Ильвес сделал всё для того, чтобы отношения Эстонии и России оставались на нуле, а права русских в прибалтийской стране грубо ущемлялись.

Что же за человек Тоомас Хендрик Ильвес? Он отличается от всех руководителей постсоветского пространства. Ведь ему выпало руководить страной, в которой он не родился. На публичных мероприятиях эстонский лидер любит появляться, надев бабочку — словно музыкант или кинорежиссер. Но если он и добился чего-то в искусстве — то разве что в искусстве антироссийской пропаганды. Достижений на музыкальном, художественном или каком-то ещё творческом поприще у него нет.

Тоомас Хендрик Ильвес родился 26 декабря 1953 года в Стокгольме в семье эстонских иммигрантов. Его бабушка была русской, но сам он так и не выучил её родной язык, освоив пять других иностранных. Его мать была падчерицей главы МИД независимой Эстонии Пеэтера Ребане. Семья Ильвеса не любила Советский Союз и предпочла из него бежать. Неприязнь к СССР будущий эстонский президент впитал с детства, и впоследствии она трансформировалась в нелюбовь к Российской Федерации и всему русскому вообще.

Когда Ильвес был ребёнком, его семья перебралась из Швеции в США. Там он получил учёные степени по психологии в престижных университетах — Колумбийском и Пенсильванском. Ещё в молодые годы Ильвес вращался в кругах эстонской эмиграции, которые с удовольствием сотрудничали с американскими властями и спецслужбами в их борьбе с Советским Союзом.

Знание пяти языков и владение навыками психологической борьбы помогли Ильвесу устроиться на радио «Свобода», финансируемое Госдепартаментом США. В 1984 году он переехал в Мюнхен, где тогда располагалась штаб-квартира радиостанции. Ильвес сделал стремительную карьеру: четыре года он работал аналитиком, а уже в 1988 году (в возрасте всего 34 лет) возглавил эстонскую редакцию «Свободы». Так что перед нами — заслуженный ветеран Холодной войны и антисоветской пропаганды.

Первый раз на родину предков Ильвес попал только в 1991 году, а спустя пару лет перебрался туда окончательно. Молодое государство остро нуждалось в подготовленных кадрах, и Ильвес с его связями в США и Европе очень пригодился. В 1993–1996 годах он был послом Эстонии в Штатах, а в 1996–1998 и 1999 году дважды занимал пост главы МИД Эстонии. Страна начала переговоры о вступлении в ЕС и НАТО, которое свершилось весной 2004 года, когда главой внешнеполитического ведомства был Тоомас Хендрик Ильвес.

В 2001 году Ильвес погрузился в мир эстонской публичной политики. Он основал Народную партию умеренных, вскоре переименованную в Социал-демократическую. В 2004 году стал депутатом Европарламента, а спустя пару лет ему доверили высший государственный пост. 23 сентября 2006 года депутаты Рийгикогу (парламента) избрали Ильвеса третьим президентом независимой Эстонии. Через пять лет его выбрали на второй срок.

За годы правления Ильвеса Эстония вошла в еврозону (с 1 января 2011 года). Правда, успехом это можно считать лишь относительно. Ради этого небогатой по европейским меркам стране пришлось затянуть пояса (по выражению самого президента), обуздать инфляцию и дефицит бюджета ценой сокращения государственных расходов. И сегодня Эстония, будучи беднейшей из стран еврозоны, вынуждена отчислять деньги на спасение более богатой Греции. Такова цена «светлого европейского настоящего».

Но куда больше запомнился Ильвес не на экономическом, а на политическом поприще. Основой его как внутренней, так и внешней политики все годы оставалась анти-русская риторика. Можно вспомнить, например, военную игру «Эрна». Её участники преодолевали маршрут, которым следовали бойцы одноименного батальона «Абвера». Бывшие эсэсовцы для многих стали национальными героями Эстонии, а в Таллине открылась выставка, посвященная одному из вождей Третьего рейха Альфреду Розенбергу (родившемуся в этом городе).

В Эстонии при Ильвесе сохранился институт «неграждан» — их сегодня насчитывается порядка 100 тысяч человек (из 1,3 миллиона). В русских школах 60 процентов предметов предписали преподавать по-эстонски. За соблюдением такой нормы следит специально созданный карательный орган — языковая инспекция, которую русские жители называют «языковой инквизицией».

Согласно европейским нормам, на территории, где тот или иной язык меньшинства используют 20 процентов населения, он объявляется официальным. В Эстонии мест, где русских больше пятой части — полно, но русский язык никакого статуса не имеет. Ильвес объяснил это так: «Причин говорить на русском языке не больше, чем на английском, урду или японском. Потому что эстонский является государственным языком».

Внешняя политика Ильвеса строилась и строится на противостоянии России. В первые годы своего президентства он пытался помешать строительству газопровода «Северный поток», но не удалось. В сразу же после войны в Южной Осетии президент Эстонии демонстративно прилетел в Грузию, где объявил Россию агрессором и предложил ввести против неё санкции. К счастью, Евросоюз его не послушал.

Осенью 2011 года Ильвеса переизбрали на второй срок, и он быстро показал, что от своей прежней линии не отказался. В декабре позапрошлого года ему почудилось, что русские были «расой господ». «Они (русские) были высшей расой в течение 50 лет. Они долгое время были народом господ и имели привилегии. Теперь так как у них больше нет привилегий, некоторые люди рассматривают это как потерю», — объяснил Ильвес свой отказ предоставить русскому языку хоть малейший статус.

Впрочем, в последние месяцы Ильвес уже не ведёт себя столь откровенно. Так, в октябре 2012 года он дал согласие на возобновление работы комиссии по заключению с Россией пограничного договора. В отличие от Латвии, Эстония до сих пор не хотела отказываться от территориальных претензий к России. И если эстонский президент в этом вопросе перестал упорствовать — можно сказать, что он хотя бы в чём-то проявил прагматизм, а не пошёл на поводу у больного русофобией сознания.

В январе 2013 года Ильвес заявил, что хотел бы иметь с Россией добрососедские отношения, вести с ней диалог по линиям Евросоюза и НАТО… Однако если президент Эстонии продолжит говорить в свойственном ему духе, диалога не выйдет. И отнюдь не факт, что от отсутствия полноценных межгосударственных отношений больше теряет Россия. Скорее, это куда больше вредит самой Эстонии.

Источник: pravda.ru.