nato flagХорошо известное учителям истории Эстонское общество НАТО неоднократно организовывало для педагогов семинары и конференции. И пусть обывателей не напрягает аббревиатура Североатлантического военного блока – теме деятельности альянса выступающие на встречах с преподавателями уделяют внимания не больше, чем всем остальным. Не стала исключением и Летняя школа 2013 года, прошедшая на днях в одном из конференц-залов Виймси. Интерес к семинару проявило 60 учителей как из школ с эстонским, так и русским языком обучения. Не будет лишним отметить, что все три дня работали синхронные переводчики, которые помогали тем, кто не слишком хорошо понимает эстонский или русский.

ВСЁ ШЛО ПО НАКАТАННОЙ КОЛЕЕ…

Темой поддержанной министерствами обороны, образования и науки, Фондом Фридриха Эберта школы стало влияние масс-медиа на общество. Роль докладчиков выполнили эксперты Министерства образования и науки, Министерства обороны, Европейского парламента, Таллинского университета, газет «Eesti Päevaleht», «Äripäev» и Полиции безопасности. В рамках проведённого семинара рассматривалось влияние медиа-каналов на общественность, роль в этом процессе журналистов, возможности социальных медиа.

Ничто не предвещало всплеска эмоций. Даже после выступления Индрека Таранда, который лихо и с присущим ему задором прошёлся по означенным темам, особенно глубоко в них не погружаясь. На третий день, как и два предыдущих дня, русские педагоги, коих насчитывалось около двух десятков, вооружившись на всякий случай наушниками, тихо слушали докладчиков. Многие из нас, как и наши коллеги-эстонцы, умудрялись одновременно читать прихваченные с собой книги и журналы, вылавливать в Интернете последние новости и вполголоса делиться впечатлениями обо всём на свете.

Не сказать, что происходящее за трибуной совершенно не захватывало, но «изюминки» явно не хватало. Ничего принципиально нового эксперты аудитории не рассказывали, да и среди слушателей значительную часть составляли те, кого удивить было очень трудно, даже если бы упомянутый Таранд вдруг рискнул исполнить танец живота.

СМОЛЧИТ ЛИ КАЛАКАУСКАС?

Но третий день с самого утра должен был стать откровением для эстонцев, ведь в планах был рассказ Виктории Ладынской о развитии русских медиаканалов Эстонии. Особую пикантность выступлению Вики придало её блестящее владение государственным языком. Как выяснилось позже, недостаточное владение эстонским некоторыми русскими участниками школы не давало покоя отдельным преподавателям-эстонцам. Виктория уже заканчивала, ответила на все вопросы. Русские учителя, по традиции, отмалчивались. В надежде найти отклик в их душах, Ладынская, глядя в упор на меня (мы с ней знакомы), по-русски предложила быть активнее.

Не подозревая, что на меня, как на беговую лошадь, мои коллеги уже «поставили» (моя персона стала предметом спора: «Смолчит ли Калакаускас?»; насколько высоки были ставки, не в курсе), я вылез из укрытия. Мне не терпелось дать собственный ответ на вопрос, заданный моим коллегой из Гимназии Густава Адольфа Хейго Ритсбека: «До каких пор на учительских семинарах будут присутствовать кабинки для синхронных переводчиков?»

Меня «несло» минут пять, но если вкратце, то лейтмотивом моего комментария была мысль, что русским жителям Эстонии и педагогам, в частности, надоело без конца доказывать свою лояльность эстонскому государству. Мы хотим, чтобы на нас смотрели не как на объект интеграционного переплетения, а как на равных. Даже некоторые из докладчиков Летней школы НАТО не стеснялись заявить о своём полном безразличии к живущим в Эстонии неэстонцам. Я с сожалением отметил, что мы с самого первого дня независимости чувствуем это и уже никак не можем на сложившийся стереотип повлиять.

Господин Ритсбек, судя по всему, никак не ожидал встретить отпор. На фоне возникшего после моего короткого спича оживления в зале, он с упоением стал сыпать заявлениями, больше похожими на личные выпады. Часть эстонцев стала охлаждать пыл моего визави, кое-кто стал успокаивать меня. Мне никакой психологической помощи не требовалось, но столь повышенное ко мне внимание я расценил как косвенную поддержку.

ТИХИЕ СЛОВА ПОДДЕРЖКИ И ПРЕДЛОЖЕНИЕ ПОЛ-ЦАРСТВА

Возвращаясь к учителю из Гимназии Густава Адольфа, скажу, что после нашей бурной полемики он преследовал меня буквально по пятам и твердил что-то о Женевской конвенции 1949 года, которая, по его мнению, однозначно определяла судьбу русских оккупантов Эстонии – немедленная депортация на родину. Размахивая бутербродом, он требовал проникнуться особой благодарностью к эстонскому правительству, которое сознательно пошло на нарушение упомянутой конвенции и великодушно позволило инородцам остаться на территории государства. Мой ответ, что я устал благодарить всех подряд за предоставленное право дышать одним воздухом с представителями титульной нации, его совершенно не удовлетворил. Мне в лицо, кроме крошек бутерброда, сыпались ругательства и гневные филиппики.

Отойдя на безопасное расстояние, я обратил внимание Ритсбека на его бестактность и милостиво пообещал не жаловаться на коллегу в масс-медиа (надеюсь, что читатели не относят данную публикацию к жалобам – это всего лишь лёгкая зарисовка). Наша перепалка с бывшим главным викарием Эстонской харизматической епископальной церкви, а ныне учителем старейшей в Эстонии школы (чудны дела твои, Господи!) имела неожиданное продолжение. Преподаватель Французского лицея Лийз Рейер, реагируя на моё заявление, настоятельно предложила выдвинуть свою кандидатуру на ближайшем отчётно-выборном собрании в правление Общества учителей истории. И, заручившись моим не слишком продуманным согласием, Лийз, сама являющаяся членом правления ОУИ, пообещала связаться со мной накануне собрания. Перспектива  встать у руля организации, в копилку которой я уже несколько лет плачу взносы, вскружила мою голову не надолго.

Ставший свидетелем нашей активной полемики заместитель Генерального директора КаПо Мартин Арпо (ему предстояло выступать сразу после Виктории Ладынской) хитро подмигнул мне в перерыве и дал понять, что помнит о моём существовании. Пару раз судьба сталкивала меня с полицией безопасности, и мне было даже приятно, что удалось оставить о себе, смею думать, приятные воспоминания. По крайней мере, общение с милыми сотрудницами КаПо оставило меня в уверенности, что работают там хорошо воспитанные люди. Так что совет господина Арпо господину Ритсбеку не беспокоиться по поводу возможных моих жалоб я воспринял, как стремление первого проявить тактичность.

Преподаватель Эхтеской гимназии, настоятельно рекомендовавшая мне после импровизированного поединка подкрепиться во время кофейной паузы, откровенно призналась, что не очень поддерживает Сергея Метлева. Означенный молодой человек стал одним из героев повествования Ладынской: Виктория попыталась объяснить, почему у Метлева и Криштафовича такой низкий рейтинг среди русскоязычных жителей страны. В разговоре со мной моя коллега из ЭГ чётко определила ведущую роль эстонских политиков в организации провокаций на республиканском уровне, стараясь убедить меня, что простые люди неэстонцев даже любят. А организаторы семинара, вручая мне свидетельство о прохождении курсов, персонально поблагодарили за активное участие в программе.

ОТМОЛЧАТЬСЯ ВСЕГДА ПРОЩЕ

По сложившейся традиции, многие русские учителя подходили ко мне в перерыве и благодарили за гражданскую смелость. Хотя лично я не нахожу смелым констатацию хорошо всем известного факта. Мне всегда казалось странным нежелание русских учителей обозначать свою позицию публично. Особенно, если речь идёт о преподавателях общественных дисциплин. Ведь нравится нам это или нет, мы всё равно являемся примером для наших учеников. И лучше быть человеком, умеющим отстаивать свою гражданскую позицию и принимать позицию оппонента, чем гордо отмалчиваться.

Итогом этой статьи я бы обозначил собственное убеждение в том, что, несмотря на наши стереотипы – а они есть в отношении друг к другу и у эстонцев, и у русских –, значительная часть эстонцев готова  вести диалог с неэстонцами. И не только на тему советской оккупации и происков Москвы, но и на тему наших убеждений, которые многие готовы принять. Пусть с оговорками, но всё-таки принять. А это вполне можно считать позитивным результатом прошедшей Летней школы. Мне на самом деле надоело выступать от имени своих коллег, и я в тайне надеюсь, что они найдут в себе силы выйти из укрытий.

И бог с ним, с НАТО и бывшими служителями культа.

kalakauskas

 

 

 

Игорь Калакаускас